Главная | Регистрация | Вход
Пятница, 23.Августа.2019, 09:00
Приветствую Вас Гость | RSS


Меню Сайта
ТВ онлайн смотреть

Советские фильмы смотреть

Новые фильмы смотреть

Оцените мой сайт
Всего ответов: 4060
 

Тени забытых предков смотреть онлайн

Оригинальное название: Тіні забутих предків

Жанр: драма, исторический фильм, мелодрама
Режиссер: Сергей Параджанов
Сценаристы: Сергей Параджанов, Иван Чендей
Оператор: Юрий Ильенко
Композитор: Мирослав Скорик
Художники: Михаил Раковский, Георгий Якутович
Страна: СССР
Производство: к/ст им. А.Довженко
Год: 1964
Премьера: 18 октября 1965

Экранизация одноимённой повести украинского классика XIX века Михаила Коцюбинского.

Фильм описывает жизнь и быт своеобразного народа — гуцулов. Их страна в течение веков была во власти сменявших друг друга чужеземных держав. Но этот немногочисленный гордый народ сумел сохранить свою самобытность, язык, обряды и обычаи.
Съёмки фильма проходили в настоящих гуцульских хатах и окрестностях села Криворивня Верховинского района Ивано-Франковской области, где Михаил Коцюбинский написал свою повесть.
Поэтический рефрен картины — три пастуха, появляющиеся в переломных моментах действия. Рыдающие голоса их трембит придают событиям необходимую эмоциональную окраску, подчёркивая колорит легенды.


Сюжет


Два гуцульских рода враждуют многие годы. Среди озлобленности и мести зарождается чистая, светлая любовь Ивана и Марички, относящихся к враждующим родам. Иван вынужден был уйти на заработки, в это время Маричка гибнет в речной пучине. Иван пытается забыть любимую, но у него это не получается. Не помогает и женитьба на красивой Палагне. Только в предсмертном бреду Иван вновь обретает своё счастье.










 


 В ролях

Иван Миколайчук — Иван Палийчук
Игорь Дзюра — Иван в детстве
Лариса Кадочникова — Маричка Гутенюк
Татьяна Бестаева — Палагна
Валентина Глинько — Маричка в детстве
Спартак Багашвили — Юрко Мольфара
Николай Гринько — Батаг
Леонид Енгибаров — Мико
Нина Алисова — Палийчук, мать Ивана (озвучивает Наталья Кандыба)
Александр Гай — Петро Палийчук
Неонила Гнеповская — Гутенюк
Александр Райданов — Онуфрий Гутенюк
Станислав Пазенко

Съёмочная группа

Авторы сценария: Сергей Параджанов, Иван Чендей
Режиссёр: Сергей Параджанов
Оператор: Юрий Ильенко
Художники: Михаил Раковский, Георгий Якутович
Композитор: Мирослав Скорик
Монтаж: М. Пономаренко


Отзывы о фильме

В 2010 году известный сербский режиссёр Эмир Кустурица назвал «Тени забытых предков» лучшей картиной в мире, снятой до сих пор.



НАГРАДЫ, НОМИНАЦИИ, ФЕСТИВАЛИ


1965 МКФ в Салониках (Гран-при - Сергей Параджанов)
1965 МКФ в Мардель-Плата (Премия за режиссуру - Сергей Параджанов)
1965 МКФ в Мардель-Плата (Приз FIPRESCI - Сергей Параджанов)
1966 ВКФ в Риге (Специальный приз жюри - Сергей Параджанов)
1966 Премия Британской киноакадемии (Сергей Параджанов)
1988 Государственная премия Украинской ССР им. Шевченко («За создание разноплановых национальных образов в кино» - Иван Миколайчук, посмертно)
1991 Государственная премия Украинской ССР им. Шевченко (Лариса Кадочникова)
1991 Государственная премия Украинской ССР им. Шевченко (Сергей Параджанов, посмертно)
1991 Государственная премия Украинской ССР им. Шевченко (Георгий Якутович)
1991 Государственная премия Украинской ССР им. Шевченко (Юрий Ильенко)


КРИТИКА


Сюрреальное в украинском кино (эволюция мифопоэтического творчества)
В первых своих фильмах Параджанов редко обнаруживал то, что потом принесло ему мировую славу — умение извлекать на поверхность слои архаического сознания, визуализировать его. В "Первом парне", к примеру, он воссоздает привычную для соцреалистского кино историю про коллектив, который объединяется во имя благой цели и, попутно, исправляет непутевого парня (в главной роли сняли актера, очень похожего на Петра Алейникова, что усиливало сходство — в чем-то, однако, ироничное — с фильмами Ивана Пырьева и Леонида Лукова). Подобные фабулы еще не стали тогда архаикой, они только модернизовались на почве большей жизненности, достоверности.
И вот "Тени...". Так называемый "датский" фильм, то есть снимаемый к дате, юбилею литературного классика Коцюбинского. Да и еще на материале сугубо маргинальном, периферийном в буквальном смысле слова. Жизнь гуцулов, украинцев, издавна живущих в Карпатских горах, интересовала в ту пору разве что этнологов. Некая резервация, где сохранились обряды, быт, обычаи еще времен Киевской Руси. Предполагалось, что это будет нечто вроде украинского "Ромео и Джульетты", только с классовым оттенком — об имущественном неравенстве двух семей, которое и стало причиной трагедии любви двух молодых людей.
Высказывания Параджанова более позднего времени позволяют утверждать, что нечто подобное и предполагалось снять. Но встреча с гуцулами многое заставила изменить. Прежде всего в понимании косности, неподвижности сферы коллективного бессознательного. Сын антиквара и сам стихийный антиквар, собиратель и даритель вещей, сохраняющих ауру старины, Параджанов ценил в них, судя по всему, некую законченную, музейную красоту. И вдруг — уже в процессе съемок — обнаружилось, что этот мир жив, более того, наполнен смысложизненными ценностями. Тем самым внутренняя стратегия творческого поиска, которая исподволь жила в сознании Параджанова, начала реализовываться. Кое в чем она рифмуется со стратегиями, свойственными сюрреалистам. Достаточно вспомнить их увлечение культурой народов Океании или американских индейцев. В наибольшей же степени сближает украинского режиссера с сюрреализмом то, что — начиная с "Теней..." — его также начинает занимать не "структура форм", а непосредственное предназначение тех или иных ритуалов и функциональных предметов.
Простой пример, который приводился самим Параджановым. Снимают похороны отца главного героя, и деревенские женщины приглашены сыграть роль плакальщиц, поголосить, поплакать над умершим. Но они отказываются. Почему? Да потому, что в гроб положен мужчина, имя которого не Петро (как было по роли), а другое. Находят Петра, и снова не то — над плохим человеком они плакать не будут (ведь слезы настоящие, не бутафорские). И только когда нашли хорошего Петра, съемка началась.
Так было и в других случаях. Никакой условности — все по-настоящему. Тут не играли обряды, тут не было никакой формализации — для гуцулов это была обыкновенная жизнь. Точнее сказать, это был их обычный язык общения с окружающим миром. Заклинали духов не потому, что это красиво и так полагается к празднику, просто боялись, как бы те духи не напакостили, не загубили урожай, не навредили здоровью. И так далее. Потому здесь язык адекватен природе (хитрить себе во вред), потому субъекты последней должны отражаться адекватно (если Петро — так Петро). Знак есть отражение реального мира, он работает лишь в тех случаях, когда сопряжен с действием, направленным на определенный объект. Потому бытие здесь есть язык, тот самый, на котором говорит человек с незамутненным сознанием, сознанием, не засоренным пустыми, зряшными идеологемами.
Начало 60-х в СССР — это время, когда советская обрядность начала терять силу. Чахло и идеологически насыщенное слово, которое заклинало будущее, взывало к нему как единственному оправданию тягот и несовершенств сегодняшнего дня. То, что должно было вытеснить, заменить прежние средства реализации подсознательных стремлений, их корректировки и табуирования определенных зон, явно пробуксовывало. Тем бoльшим откровением стало открытие фильмом той реальности — живой реальности, — которой является вроде бы архаический слой сознания.



Новости


Сообщите пожалуйста, если  фильм удалён, название фильма или страницу :
  * (указывайте реальный  E-mail) :

  
                                               
 
 
                          

 

Pover © 2019 |


Индекс цитирования
Яндекс.Метрика